Глава 16. Ответы не на все вопросы

Глава 16. Ответы не на все вопросы
Голосов: 9

Ира с удивлением смотрела на мужа, который вынырнул и улегся на пенной воде на спину, а затем принялся тереть руки. Чистые руки! Она сгорала от любопытства и немного тревожилась за него, но ничего не спрашивала. Несколько раз он уходил под воду, но выплывал отфыркиваясь и отплевываясь пеной.
— Тебе помочь? — не выдержала она.
Тот просто кивнул, и Ира приподняла его над водой. Миша уселся на руке жены, и с удовольствием продолжил свое занятие.
— Боюсь конечно ляпнуть не то, но ты чистый. — Нарушила она молчание.
— Знаю, знаю. Но какой-же кайф вот так иногда вымыться в теплой воде — ответил Проклятый.
— Ты расскажешь, что произошло сегодня ночью? Я просто сгораю от любопытства.
— Обязательно. Только, — тут он развернулся, и сел лицом к жене, — надо нам поменять место дислокации.
— Зачем?
— Ну, — он задумчиво осмотрел ее, — хоть твои прелести и стали немного больше чем я, но все равно очень и очень отвлекают от серьезного разговора.
— Ты только что сидел ко мне спиной.
— Но я все равно знал, что увижу их.
— Не паясничай!
— Ирка, — в его голосе скользнула усталость и какая-то горечь, — сегодня меня должны были убить. Раз двадцать.
— Миш…
— Погоди, — прервал он, — кроме того я уверен, что на секунду обезумел. А длилась эта секунда часов пять. И, да, я не смогу говорить без шуток.
— Ладно, — она вдруг тоже почувствовала себя уставшей.
Она перенервничала, что может потерять его, потом было облегчение, а сейчас зарождающееся раздражение. Еще не сильное, но уже ощутимое.
— Давай действительно поговорим чуть позже, да и малой в любой момент может проснуться, – добавила супруга, и вовремя.
Стоило Ире накинуть халат, как из спальни донесся требовательный писк малыша. Мишу она оставила плескаться, но уже не в ванной, а на бортике, поставив рядом мыльницу наполненную водой. Выходя из ванной комнаты глянула на мужа, а он снова тер руки. Ведьма вздохнула, как бы ее супруг действительно не повредился рассудком, только уже на почве чистоты.
Проклятому действительно казалось, что его руки до сих пор покрыты мерзкой патокой. Не по настоящему, у него не было галлюцинаций. Но он старался смыть все воспоминания о прошедшей ночи, обо всем том дерьме в котором довелось искупаться. Но дело было не только в этом. Он еще и банально наслаждался доступным комфортом. Тем, что можно поплескаться в теплой воде, тем, что вокруг не воняет прелыми листьями и не выворачивает наружу от проглоченного яда.
Наконец успокоившись по поводу рук, он лег в свою импровизированную ванну. Мыльница как раз была ему по размеру, а вода еще не остыла. Именно в ней и застала его жена, когда пришла минут через двадцать. Ира успела поиграть с малышом, усадить его на кухне и дать тарелку. Сейчас у нее была пара минут до того, как ребенок вновь потребует маминого присутствия.
— Хорошо устроился. — Улыбнулась она
— Наслаждаюсь. Как же иногда хорошо вот так расслабиться.
— Рассказывай уже, что там произошло?
— Малой не даст поговорить. Давай когда он уснет?
— Само собой, а пока в двух словах.
— Я попал куда-то на территорию мерзких созданий. Они пытались меня убить, связали какой-то паутиной и накормили дерьмом, в перемешку с ядом, а потом, видимо устыдившись, совершили акт коллективного самоубийства, при этом забыв меня развязать. Я же ногтями перепилил связывающую меня паутину, зубами прогрыз выход в горе трупов врагов, три раза сдох от отравления, и пять от омерзения, но как видишь я снова перед тобой.
Ира с непроницаемым видом выслушала всю эту галиматью и только спросила:
— Добавить тебе водички?
— Ага, если не сложно.
— Да что ты, любимый.
Она набрала чашку, и щедро плеснула в мыльницу.
— Уй, да чтоб тебя! — Взревел Проклятый, резво выскакивая наружу. — Она же холодная!!
— А ты, какой хотел? — Искренне удивилась она. — Как человек восемь раз вернувшийся с того света, ты должен опасаться горячей воды, да и вообще всего связанного с жаром. Разве не так?
— Ладно, — вдруг рассмеявшись, хоть и через силу ответил Миша. — Уела. Забирай меня в тепло.
— Ты просто издеваешься над моим воображением — сверкнула зубами ведьма.
— Все, туше! — поднял он руки, — постараюсь больше не шутить. Во всяком случае, сегодня.
Возможно, их пикировка продолжилась бы и дальше, но с кухни раздался возмущенный крик и Ира, подхватив мужа, поспешила туда.
— Сейчас мой маленький — заглянула она на кухню, — мама сейчас будет.
Она занесла Мишу в кабинет.
— Подожди минут десять, я принесу поесть. – Шепотом сказала любимая, и скрылась за дверью.
— Черт, — пробормотал Проклятый, кутаясь в тряпки служившие ему постелью, — меняется моя Иришка. Надо осторожнее шутить.
Остаток вечера прошел спокойно. Видимо после последних событий в Этании, после его чудесного избавления, он не мог нервничать. Ира выполнила обещание и принесла еду, а он попросил добавить в рацион пива. Теперь, развалившись на кровати, предался блаженному ничегонеделанию. Он знал, что жив, знал что вернется. Немного портила настроение потеря “Альмаги”, потому как он не был уверен, что рискнет вернуться туда и покопаться среди разлагающихся трупов под взглядом молчаливого леса. Может за сутки там уже расплодились новые твари?
Но, несмотря на все эти сомнения, по-настоящему расстроиться у него не получалось. А потом он вспомнил Ксану. И вот тут настроение Проклятого пошло вниз. Конечно, он ничего не знал про место, где оказался. По большому счету все его мысли о том, что он видел миры и способен путешествовать между ними, были лишь его домыслы. Но все равно, он все больше склонялся к мысли: Ксану надо было отпустить.
Может в какой-то другой день эти сомнения испортили бы ему весь вечер, а он бы погрузился в переживания и самобичевания, или предался бы бессильной ярости, но сейчас Миша был неспособен на сильные эмоции.
Стоило малышу заснуть, пришла Ира.
— Пойдем, посидим?
— Давай, маленькая.
Супруга вдруг усмехнулась невесело:
— Маленькая…. Ты все реже так меня называешь.
— Да, — Миша почувствовал легкий укол стыда, — наш конфетно-букетный период переходит в свою заключительную стадию.
-Ладно, давай рассказывай. Я и так еле дождалась, пока Валик уснет.
И Проклятый рассказал ей все. Перед этим разговором он думал, будет ли что-то скрывать от Иры, а соответственно и от Магреса. И решил — не будет. Во-первых, ему просто необходимо с кем-то поделиться событиями этой ночи, а во-вторых, все равно он постарается расспросить чародея.
— И что ты думаешь? Как ты выжил?
— Скорее вопрос в том, почему они подохли?
— Да, наверное….
— Не знаю. Магрес, да и Ктана говорили о том, что умрет любой, кто меня убьет. О тех, кто попытается это сделать, никто ничего не говорил. Наоборот, предупреждали, что человек, не посвященный в тонкости моего проклятия, сможет убить меня на раз. Особенно на Земле.
— Но я уверена ты думал об этом?
— Да. Первое что пришло в голову, я все-таки умер.
— Что?!
— Погоди, — он поднял руку, — дай закончить. Мы же на самом деле даже не представляем, что происходит со мной? Кто я в Этании? Кто я тут? Как я перемещаюсь? Так что, почему бы мне и не умереть там, а потом как-то пересобраться заново? Да и эта божественная серверная, или как ее там называют. Как-то все это тянет на некий загробный мир.
— Ладно, я поняла. Как вариант пойдет, хотя мне кажется что-то тут не то. Есть еще мысли?
— Мне кто-то помог.
— Кто?
— Ну, ты и спросила, — пожал он плечами. — Даже не представляю. Но этот вариант мне вообще не нравится.
— Почему?
— За такую помощь могут предоставить счет. А мне бы хотелось, чтобы в Этании было попроще. Вот Магрес, сильный того мира, вот я на него работаю, а он тебя учит, все просто и понятно.
— Так не бывает.
— Боюсь что ты права. — Он помолчал и хлебнул пива. — Ладно маленькая, надеюсь Магрес мне расскажет кто это.
— Думаешь он знает?
— Почти уверен. Вот про Ксану может и не знать.
— Да, вот про эту дрянь, — Ира подняла бокал, покрутила в пальцах, но пить не стала, — я не совсем поняла. Она там появилась?
— Или она, или моя совесть. Ну не совесть, конечно, я до сих пор ее ненавижу и хочу чтобы она страдала, или мне так кажется… — тут Проклятый запутался в словах и немного помолчал. Ира не торопила его. — Короче, не думаю что это совесть, но это может идти откуда-то из меня. Не знаю, как объяснить.
— Мишка, мне кажется, я тебя поняла.
— Так что Иришка я просто не знаю, что лучше — закончил он.
— Не поняла, — нахмурилась она.
— Неправильно выразился. Не знаю что это такое, не знаю как лучше поступить, не знаю что это за место, не знаю кого спросить о нем, и как туда попасть, не будучи при смерти.
— Спроси мага. Или Ктану.
— Спрошу, обязательно спрошу — вздохнул он. — Ктане правда придется отстегнуть крови, но мне не жалко.
Они немного помолчали, Ира уже откровенно зевала.
— Слушай кот, я “Аннасонт” не пила и хочу спать. Ты как?
— Пока ни в одном глазу.
— Тебе помочь?
— Не стоит Ир, — серьезно ответил Проклятый. — Не знаю, что произошло в Этании. И пока не узнаю, тебе не стоит применять ко мне чары. Мало ли.
— Тогда что? Будешь кино смотреть?
— И еще пить, — улыбнулся он.
Ира вздохнула:
— Надеюсь, Магрес не будет затягивать с нашим следующим уроком.
— Что-то случилось? — Подобрался Миша.
— Пока нет, но точно случиться. Знаешь, я ведь получила не только силу ведьмы, но и какую-то часть ее сущности. Помнишь зека?
— Конечно.
-Я ведь не стала бы конфликтовать с таким человеком, а уж тем более — оскорблять его. И какая-то часть меня понимала, что не стоит лезть в бутылку, но я просто не смогла.
— Ира…
— Погоди! Я думаю, даже уверена, что и дальше буду лезть на рожон. Пусть не каждый раз, пусть не при каждом конфликте. Но буду!
— Солнышко, — Миша успокаивающе погладил ее пальцы, — уверен, что Магрес не будет затягивать. Он заинтересован в нас.
— В тебе.
— Пусть так. Но и тебя он не забудет.
— Ладно, кот, — она поднялась. — Спать?
— Спать.
Ира ушла, оставив ему пиво, а Миша развалился на кровати. Он не включал ни каких сериалов, а просто лежал в темноте. Стоило потухнуть монитору, как его комната погрузилась во тьму. И вдруг он понял, что начинает все видеть. Не так хорошо как днем, но вот огромный монитор, там дальше виднеется мышка, а тут возвышается кружка с пивом, из которой он собирался черпать его своей чашечкой.
— Круто, — пробормотал он. — Будь я немного побольше, то попросил бы записать меня в коты. Пусть и мелкий, но смею надеяться что симпатичный, и явно понравлюсь женщинам и девочкам.
Он улыбнулся и уставился в потолок. По правде говоря, пить ему тоже не хотелось. Оставалось просто лежать и ждать пока его сморит сон. Проклятый боялся, что это произойдет лишь под утро, но ошибся. Минут через пятнадцать, под монотонное гудение невидимого системного блока под столом, он все-таки уснул.

Жажда. Дикая и безумная жажда встретила его при пробуждении. Пересохшие губы, высохший язык и пылающий желудок. Появившаяся мысль вернуться за “Альмагой” исчезла как неактуальная, несвоевременная, да и вообще дурацкая. Жажда уже полностью вытеснила его брезгливость. Он мельком отметил, что дрянь, оставшаяся от тварей, до сих пор покрывает его руки, и скорее всего все остальные части тела. Но сейчас это было вторично. Миша облизнул пересохшие губы, хотя это движение языком было бесполезно и казалось, что в его организме вообще не осталось влаги.
— Вот уж не думал, — прошептал он, что буду завидовать происходящему на Земле. Там у меня был прекрасный, огромный стол, теплая кровать и просто море пива. Причем, при желании, действительно море и действительно пива! А что у меня тут? Что я вас спрашиваю?! — Он посмотрел в небо, видимо ожидая ответа. Небу было фиолетово до его проблем.
Выругавшись для порядка, он поднялся и, пошатываясь, сдвинулся с “насиженного” места планируя перейти в Шаарн, но почти сразу передумал. В Шаарне из жидкости, насколько он помнил, была только вода в озере, из которого лучше не пить, ну и еще камни. А он, в отличие от отважного портного из сказки, воду из них выдавливать не умеет.
Тогда он выбрал Старкворд. Почему-то Миша не сомневался, что сумеет выйти со стороны лестницы. Если бы у него было время подумать, то возникли бы сомнения, мол, не многовато ли для этого одного куска земли для выходов наизнанку? Солимбэ, да и вот это вот все…. Но, ни времени, ни желания думать не было. Он всего лишь хотел утолить жажду, причем максимально быстро.
Поворот, еще один. Реальность привычно поплыла, трансформировалась, и вот уже впереди знакомая лестница. Взгляд привычно уцепился за спасительные ступеньки, а внутренний счетчик по инерции отсчитывал шаги.
Одиннадцать! И нога коснулась первой ступеньки. Одиннадцать, при рекорде в восемнадцать. Это было круто, но сейчас Миша даже не думал об этом. Ключ…. Балкон обычно закрыт, но когда Проклятый начал изучать изнанку и путешествия за мертвую зону, он попросил сделать дубликат ключа и оставил его на балкончике. Вот сейчас и надеялся на то, что ни один из ретивых слуг не решил подмести там, заодно подобрав спасительный ключ.
Нет. В его отсутствие сюда никто не заходил. Да и понятно, что приказ Магреса не подразумевал исключений ни для кого. Щелкнул замок, и Миша буквально ввалился в прохладный коридор, а уже через пару секунд встретил одного из слуг. Тот замер в почтительном поклоне, не сказав ни слова о внешнем виде меченого.
А там было что сказать! Руки, лицо и ноги Проклятого были заляпаны черной, уже начавшей подсыхать слизью. Одежда также была испачкана и разорвана в десятке мест.
— Пить!!! — прохрипел он, приближаясь к начавшему пятиться бедняге. — Пить! И немедленно!
— Да, мастер, — пролепетал слуга и исчез, словно по волшебству.
И только беря кувшин, а слуга обернулся за несколько секунд, или как тут принято говорить, мигов, Миша понял насколько много на нем дряни. Его пальцы, словно стали толще в два раза, и совсем плохо слушались. Он даже чуть не выронил кувшин, но подхватив его под днище второй рукой, начал пить.
О!!! какое это было блаженство! Он давился, обливался, жадно глотал прохладную воду, но никак не мог потушить обжигающее изнутри пламя.
— Еще! — протянул он кувшин перепуганному слуге, — неси ко мне в спальню. И побольше, и еще много вина!
Не дожидаясь очередного поклона, он быстрым шагом направился к себе. По пути, несколько раз замутило, но не сильно, видимо желудок постепенно адаптировался к потрясениям последних дней.
Зайдя в комнату, он сразу побежал в ванну. Включил всю воду, до которой смог дотянуться, и подставил руки под теплые струи.
— Как хорошо, что этой дряни небыло на мне, кода я проснулся дома, на Земле. – пробормотал Миша.
Грязь смывалась крайне неохотно. За несколько минут она немного размокла и тонкой струйкой потекла в раковину. Вполне возможно, что эта хрень засорит слив, но эти вопросы мало волновали его. Он тер и тер руки, постепенно освобождая их от липкой гадости. Но одновременно с этим, появился уже знакомый запах прелых листьев.
— Ну да, тронь дерьмо, завоняет, — подумал он вслух, продолжая отмываться.
Тут, испуганный слуга заглянул в ванну:
— Мастер, вода и вино на столе, или прикажете принести сюда?
— Давай. – Миша уже хотел расслабиться.
Сейчас руки слушались лучше, и он залпом выпил половину кувшина, а остатки допил уже маленькими глоточками.
Дверь снова приоткрылась, и теперь к нему заглядывала симпатичная горничная.
— Господин, вам помочь?
Миша уже хотел согласиться, но потом засомневался. А что если эта дрянь на нем, все еще ядовита? Ему-то, похоже, уже пофигу все, а вот бедняжка может и коньки отбросить.
— Нет. И пусть больше никто ко мне не заходит — приказал он, и девушка исчезла, как показалось Проклятому, с весьма заметным облегчением.
Миша еще раз осмотрел себя в настенном зеркале, а затем с отвращением сорвал с себя грязную одежду и кинул на пол. Бассейн для купания был уже полон, и он с наслаждением погрузился в горячую воду, которая почти сразу потемнела. Немного повозившись с камнями, управляющими этим чудом волшебной техники, сумел включить режим смены воды.
Конечно, Магрес захочет поскорее с ним поговорить, и если чародей сейчас не занят своими высшими делами, то уже ждет его. Проклятый пару минут поразмышлял, что он расскажет, а о чем умолчит, но решил поведать обо всем. Все равно многое уже рассказал Ире, а значит и магу. Значит незачем скрытничать.
Затем он вновь подумал о тварях. Что же их все-таки убило? А еще через пару минут поймал себя на мысли, что очень голоден. Это не могло не радовать, по всей видимости, организм полностью переварил отраву, а теперь хочет закусить чем-нибудь существенным, восстанавливающим.
Но еще минимум полчаса он нежился в горячей воде, попивая вино и ленясь даже встать, чтобы посмотреться в зеркало и проверить насколько отмылся. Руки оставались черными, но пальцы уже слушались как прежде.
Михаил уже совсем было решил выбраться из воды и заказать еду, которую пусть оставят снаружи, как дверь в ванную снова приоткрылась.
— Я же попросил! — рыкнул он, — не беспокоить меня! Отравитесь еще.
— Я все-таки рискну, — раздался знакомый голос, и Миша вздрогнул от неожиданности.
Кого-кого, а чародея тут он не ожидал увидеть.
— Здрасте, — пробормотал он, поднимаясь.
— Я понимаю, что совсем не вовремя, — Магрес внимательно смотрел на Проклятого, — но мне сказали, что ты весь заляпан какой-то грязью. Мне стало интересно, какой именно?
— Ну, э…. Да! — глубокомысленно ответил Миша, не зная, как лучше поступить.
В итоге он просто стоял в бассейне, пока чародей не прикоснулся к его плечу, снимая немного останков нечисти.
— Да, интересно, — резюмировал Магрес, — ты долго будешь смывать это обычной водой. Думаю, пройдет пару твоих пробуждений. Но времени на это у нас нет. Сейчас тебе принесут одно средство и чистую одежду. Я понимаю, что ты устал, но постарайся все сделать, не затягивая, нам не мешало бы еще поговорить.
— Конечно, — попытался поклониться Проклятый.
— Да, — полуобернулся чародей, стоя уже в дверях, — эта дрянь слегка токсична, но за слуг не бойся. У меня их много. Он улыбнулся и закрыл дверь.
— И ведь не факт, что он шутит, — пробурчал Миша, когда за магом закрылась дверь. — А ну и черт со всеми вами!
Вскоре ему принесли небольшой флакон, сделанный из темного стекла, и одежду. Внутри сосуда оказалась прозрачная, остро пахнущая жидкость. Под ее воздействием грязь просто начала отпадать кусками. Вскоре он очистил все свое тело, куда смог дотянулся. Подумав минутку, и наплевав на моральные ограничения, он позвал горничную потереть ему спинку.
Потом покрутился перед зеркалом и, довольный результатом, принялся одеваться без излишней спешки, но и не теряя времени. Незачем заставлять ждать своего благодетеля.
Внутри Проклятый улыбался. Чародей почтил его своим присутствием. Значит, ждет, причем ждет с нетерпением, даже не стал посылать слуг. “Если бы получал у него зарплату, можно было бы требовать повышения” — подумал он. И снова довольно улыбнулся. В таком месте как Этания, лучше все-таки быть нужным.
Миша не знал, что стоило Вайлесу узнать о его прибытии, как инструктор произвел несколько манипуляций со своим браслетом и послал чародею специальный сигнал. Не догадывался и о том, что чародей в этот момент находился на одном из совещаний, где обсуждались нахлынувшие на Этанию проблемы, а также то, что оба сопредельных с Этанией мира, также испытывают неожиданные трудности и беспорядки. Никто и никогда не скажет Проклятому, что дождавшись очередного перерыва чародей, сославшись на проблемы, возникшие в одной из его башен на границе с мертвой зоной, покинул совещание специально для того, чтобы поговорить с ним.
К слову проблемы, на которые сослался Магрес, были реальными, но занимался ими его сын, и справлялся вполне успешно. Нет, ни о чем таком Проклятый не знал и никогда не узнает, потому что чародей запретил Вайлесу когда-либо рассказывать Мише об этом эпизоде. Чародей был тертым калачом, и ни при каких обстоятельствах не собирался показывать подчиненным свою излишнюю заинтересованность.

Двадцать шесть. После кропотливой и длительной работы, после получения списков подозреваемых и многочисленных перепроверок, осталось лишь двадцать шесть непроверенных фамилий. Филипп просматривал списки, отсортированные по алфавиту: Абримсов, Бараненко, Головко, Грищенко…
В принципе можно было начинать проверять их, так сказать в порядке очереди. Но потом решили, что сначала над списком стоит поработать операторам и поставить фамилии в том порядке, в котором подскажут их способности.
Филипп знал, что ответ операторов уже готов, но хотел проверить собственное чутье. Потому и задержался, “прощупывая” фамилии. Хотя, была еще одна причина, по которой он не спешил в постель. Ночные кошмары продолжали посещать его, не каждую ночь и не такие яркие, как сон про Гротака, но все равно неприятные. После ночного купания, они редко общались с Амандой. Один раз пообедали вместе и на этом все. Но это было не потому, что она стала его сторониться, просто сейчас у бойцов готовился новый выход в “Фалькар”. Прошлый был признан очень неудачным, и девушка готовилась к новой операции в компании боевых товарищей.
Он усилием воли отвлекся от посторонних мыслей и сосредоточился на списке. Абримсов, не интересно, Бараненко, опять мимо, Головко — есть! Он сделал пометку, что стоит отправить Виталия Ивановича вверх, и пошел дальше по списку.
Грищенко, ни рыба, ни мясо, но, пожалуй, стоит его отметить. Даренко, похоже пусто, Евсиков, обязательно вверх! Тут его интуиция чуть не закричала, и он сделал пометку. Карпенко будет интересен, Липетский, его пожалуй поищем первым, список потихоньку упорядочивался, а Филипп полностью отвлекся от окружающей действительности.
Романенко, не интересно, Рямцев, тоже. Стариков, опять мимо, Черненко, стоит проверить и быстрее других. Ну что же, первичный анализ закончен, верх списка украшают пять фамилий. Липетский, Черненко, Головко, Евсиков и замыкал пятерку лидеров Петров.
С остальными было чуть сложнее. Эмоции и сигналы, звучащие при просмотре смешивались, и было очень сложно выделить кого-то.
Подумав, он выделил четырех человек и поставил их в конец своего списка. Это те, кто не вызвал вообще никаких эмоций. Абримсов, Даренко, Рямцев, Марченко.
Осталось семнадцать кандидатов, которых он крутил и так и сяк. Брал личные дела, анализировал членов семей. Ведь с ними тоже должны были произойти изменения. Так шаг за шагом он сортировал фамилии, пока окончательно не закончил свой выбор.
Без пяти двенадцать. Филипп встал и поморщился, спина затекла основательно. Поэтому немного разминаясь, прошелся по кабинету. Затем подумал о глотке виски, но решил, что пока нужно воздержаться. Еще раз осмотрел свою работу и решил, пожалуй, на этом все. Улучшать дальше, только портить.
Затем открыл отчет местной команды операторов, и с удовлетворением отметил, что их списки во многом совпадают. Четверка лидеров и двое из аутсайдеров совпали. Он удовлетворенно улыбнулся, все-таки есть у него талант.
— Не помешаю? — В дверях стоял Виталий Строганов, шеф местного операторского отдела.
— Заходи конечно, — Филипп поднялся навстречу и они пожали друг другу руки.
— Ну что? Проверил?
— Да, — немец повернул монитор. — Смотри, вот мои выкладки, вот ваши.
— Знаешь, — задумчиво начал Виталий после прочтения, — меня смущает то, что мы имеем дело с “Норспеерамонусом”. Говорят вокруг него много… — он замолчал, подбирая слова, — много неопределенности.
— Да, я тоже знаю об этом. Но сейчас ведь мы вроде не с ним напрямую работаем?
— Мало, очень мало информации — вздохнул Строганов, — мне не хочется выбрасывать эту работу на помойку. Давай, немного поправим список-то?
— И каким образом?
— Вот смотри, — палец Виталия скользнул вниз, — у нас Даренко и Марченко в самом низу? Причем в обоих анализах?
— Ну, да.
— Давай их перенесем. Под пятерку лидеров.
— Почему? Почему, например не на самый верх?
— Не люблю симметрий, — пожал плечами Строганов. — Но меня терзают сомнения.
— Хорошо, — Филипп вздохнул, — может тогда просто по алфавиту?
— Нет, — отказался Виталий, слегка подумав, — не думаю, что мы ошиблись во всем.
— Хорошо, тогда верхних тоже в середину?
— Верхние пусть остаются. Мне кажется, что если этот клинок, как-то и защищает своего носителя, то все-таки не напрямую. Просто не верю в такую многоходовку.
— Пусть так… — Что-то Филиппа смущало в размышления коллеги, но усталость брала свое, — утверждаем, то что есть?
Он начал читать выбранные им фамилии снизу вверх: Абримсов, Рямцев, Клименко, Стариков, Каменский. Затем посмотрел на предложенный список Строгановым. Бараненко, Грищенко, Осипов, Стариков. Пазл в его сознании не складывался, поэтому еще больше захотелось виски.
— Виталий, — осторожно начал Филипп, — мне кажется, своими перетасовками ты все равно портишь работу операторов. Ну, добавили мы элемент случайности…. Так пусть ваши программисты быстро напишут алгоритм, который просто перемешает их в случайном порядке, раз уж тебе так не нравится алфавит.
— Не совсем так Филипп. Я думаю, что в целом мы правильно собрали их. Считай, что мое недоверие к тем, кто оказался внизу, тоже идет из интуиции.
— Лады. Давай тогда еще двоих поднимем наверх, и спать?
— Почему?
-Ну, просто так, наверное. Смотри, наши списки немного различаются, за основу я бы брал ваш. Но двоих, руководствуясь твоими, же сомнениями, убираем снизу. Хорошо?
Строганов некоторое время смотрел на экран, затем потер виски, пробурчал что-то невразумительное и выдал.
— Согласен.
Так Бараненко и Грищенко ушли наверх, оставляя замыкающим Осипова и предпоследним Старикова.
— Ну, принимаем?
— Да.
— Тогда до завтра.
Филипп еще некоторое время сидел, уставившись в монитор, но какая-то ускользающая мысль не давала ему покоя. Как ни старался, он так и не смог ее поймать. Решив, что это в любом случае не так уж и важно, ведь все равно проверят абсолютно всех, а разница во времени между первой и последней фамилиями не будет такой уж существенной, он закрыл ноутбук и поднялся.
Теперь решил, что все-таки выпьет немного перед сном. Так, для успокоения, ведь дело было не только в кошмарах после “Фалькара”. Юрген так и не проявился, ни он, ни кто бы то ни был другой. Это с одной стороны это радовало. Возможно, подозрения насчет отщепенцев не оправдались, а с другой стороны нервировало, так как неопределенность всегда нервирует.
И еще Аманда. Он никак не мог выкинуть из головы ту ночь, купание, а затем ночлег в ее квартире. Как-то незаметно, эта милая девушка заняла в его голове гораздо больше места, чем он мог себе позволить. Теперь Филипп не мог понять, как такое могло произойти, с учетом того, что они даже не занимались сексом?
— К черту! — Ругнулся он, — не мальчик уже. Вот вернется из путешествия, и поговорю с ней.
Странное дело, ему сразу легче после этого решения. Что же, одним вопросом стало меньше, и Филипп прихватив бутылку из бара пошел в сторону лифта.

Магрес ждал его в своем кабинете. Миша полностью отмылся, и даже сумел утолить жажду. Она все еще мучила его, возвращаясь раз за разом, особенно тогда, когда казалось он уже полностью одолел ее. Но все-таки он сумел напиться, и теперь опасался, что разговор с чародеем будет часто прерываться уже по естественной, но не очень озвучиваемой в приличном обществе причиной.
— Проходи, — маг кивнул на кресло. — Миша, уважительно поклонился и сел, при этом обратив внимание на то, что на столе уже есть вино. — Поговорим с “Юлой”, — продолжил чародей, раскручивая артефакт. – Рассказывай, куда тебя занесло и что там с тобой приключилось.
— Пожалуй, — сказал Проклятый, — началось с того, что я задумался.
Он рассказал Магресу все. То как вышел в незнакомом месте, про деревья, которые при дуновении ветра скрежетали металлом и засасывали камни. Про то, как вырубился там, а очнувшись, обнаружил дохлого паука и связанные ноги. Про паутину, которая не резалась, и про нападение насекомых. О том, как несколько раз терял сознание, оказываясь неизвестно где, о мосте в бесконечность, о том, как чуть было не свалился неведомо куда. О звездной карте, дорогах и том, что Ксана помешала ему пройти. О неком монстре с тремя огромными глазами, и о бесславной гибели всех напавших тварей.
Магрес не перебивал, не задавал уточняющих вопросов, просто слушал и пил вино, иногда подливал и Проклятому.
Закончив рассказ, Миша замолчал, поймав себя на том, что снова хочет есть. Благо на столе хватало всего, чтобы удовлетворить эту потребность.
— Та грязь, — начал чародей, — слегка токсична. Не очень, но обычного человека, или мага средней руки, такое количество убило бы за несколько часов.
И заметив, как на лице Проклятого расплывается довольная улыбка, продолжил:
— Да, ты защищен от яда. И то, что у тебя появился аппетит означает, что отравы в крови не осталось.
— Повезло, — сказал Миша, просто для заполнения паузы в разговоре.
— Ешь, — чародей поднялся, — я сейчас вернусь, и сходим, покажу тебе кое-что.
Магрес вышел за двери, а Миша набросился на еду. Глотал практически не чувствуя вкуса, а чувство голода, казалось, растет как снежный ком. И вот это поспешное насыщение лишь немного отодвигает тот момент, когда этот ком превратится в лавину и сметет его куда-нибудь. Возможно, его организм истощил свои ресурсы, переваривая отраву, и теперь требовал восстановления.
Чародея не было минут двадцать, Миша сумел утолить голод, что казалось невозможным, и просто ждал Магреса. Ему не терпелось узнать что-то о тех тварях от высшего. Проклятый не сомневался, что чародей знает о них.
Наконец Магрес вернулся.
— Идем, — поманил он Проклятого. Миша послушно поднялся и прошел за чародеем. Оказалось кабинет таит в себе сюрпризы. Так за небольшой шторкой, оказался коридор, заканчивающийся лестницей ведущей вниз и упирающейся в тяжелую дверь.
— Короткий путь, — прокомментировал чародей, открывая ее.
— Много в ваших башнях такого — ответил Миша.
— Да, — согласился Магрес, — что есть, то есть. Чем ближе серые территории, тем больше коротких путей их окружает.
Они прошли сквозь коридор и оказались в темноте. Почти сразу зажегся неяркий свет. Проклятый осмотрелся, большое, практически пустое помещение. На ближайшей стене висит огромное, темное зеркало, а прямо под ним стоит небольшой столик. Чуть дальше какие-то ящики, а потом помещение терялось в темноте.
— А где мы оказались? — Не удержался он от вопроса.
— Погоди, сейчас снова раскручу “Юлу”. Сейчас покажу тебе кое-что, — продолжил чародей, после того как артефакт заработал, — только немного отойди, — и он указал рукой куда стоит перейти Проклятому.
Послушавшись, Миша с любопытством принялся наблюдать за манипуляциями чародея. Тот, сделав пару пассов около зеркала, присел на корточки, что-то положив на пол. Хлопок в ладоши, и предмет положенный чародеем начал светиться. Одновременно погасли почти все огни, и помещение погрузилось во мрак. Свечение сразу стало ярче, оно напоминал столб света, точнее не столб, а перевернутый конус.
— Ты видишь что-то в зеркале? — спросил чародей.
— Не… — начал было Проклятый, но осекся, потому что темная поверхность начала светлеть.
— Это воздействие не на тебя, — объяснил Магрес, — ты видел карту и я надеюсь, увидишь и это.
— Пока только то, что поверхность стала светлее — ответил Миша.
— Отлично, это первая стадия. Мы, имеется в виду те, кто стоит высоко, стараемся упрощать жизнь. Так вот, вместо старых архивов на свитках, начали внедрять “Глаз Зара”. Он способен записывать все то что видят настроенные на него люди. Потом на это уже могут посмотреть все желающие. Точнее те желающие, у которых есть допуск.
— Удобно. — Проклятый хотел добавить еще что-то, но не успел, потому что увидел деревья. Очень знакомый деревья.
— Это они издавали скрежет? — Спросил маг.
Миша просто кивнул, в горле вдруг пересохло. Да, он вышел практически невредимым оттуда, но вот повторно пережить такую ночь не испытывал ни малейшего желания.
— Нда…, — казалось, Магрес кивает, но в темноте нельзя было сказать наверняка, — далеко тебя занесло. Смотри дальше, хоть мне уже итак ясно с чем ты столкнулся.
Изображение сменилось, теперь на магическом экране возник паук. Сейчас, когда тварь была прорисована во всех деталях, стало ясно, что на паука оно похоже не очень. Десяток лап, покрытых волосками, шесть глаз, спереди и по бокам. Причем передние глаза, слегка выдвинуты. Длинные иглоподобные зубы, больше напоминающие вампирские клыки.
— Мне казалось, что глаз у него два — прокомментировал он.
— Боковыми они пользуются не всегда, а может ты видел какую-то разновидность. Смотри дальше.
Несколько следующих монстров Миша опознать не смог, зато когда появились “тараканы” , сразу понял, что именно эта дрянь окончательно блокировала его ноги. Их чешуя отливала металлом, тело несло шесть мощных, коротких лап.
— Ну, весь список показывать не буду, — сказал чародей, — посмотри, узнаешь?
Внешне последняя тварь напоминала грушу. Она словно планировала, во всяком случае, Проклятый не смог увидеть ничего напоминающего лапы, щупальца или руки. Черное тело, и три больших глаза, образующих треугольник.
— Думаю, именно эта гадость смотрела на меня из-за двери — произнес Миша. — Но я видел только глаза. И то тогда, как в них разгорался красный огонь.
— Хорошо, возвращаемся.
Обратную дорогу прошли в молчании. И уже вернувшись в кабинет, Магрес разлил вино, сделал глоток, снова воспользовался языковым артефактом, и только после этого начал рассказывать.
— Ты попал во владения чверков. Лично я с ними не сталкивался, но знаю об этой напасти, как об одной из самых страшных порождений серых территорий. Та местность, где ты побывал, очень далеко от Шаарна. Если идти туда караваном, то добираться придется больше года, курьер, использующий всевозможные короткие пути, доберется за полтора месяца.
— Нифига себе, — не выдержал Проклятый. — Простите, — стушевался он, — просто не думал, что смогу зайти так далеко.
— Да, изнанка мало исследована. Но вернемся к чверкам. Та местность, всегда была очень мало заселена. Близость серых территорий, отсутствие разведанных месторождений, слабенькое сельское хозяйство. Так, несколько деревень, да охотники, промышляющие пушным зверем.
Потому, когда в лесах появились “чварьены” — это те деревья, которые засасывают камни, никто на них не обратил никакого внимания. Доподлинно неизвестно, вследствие чего они вылезли из мертвой зоны, скорее всего кто-то из охотников забрел, куда не надо. А затем появились и твари. Они сначала уничтожили тех, кто оказался между лесом и мертвой зоной, а потом начали продвигаться дальше.
Первые серьезные бои произошли километрах в пяти от места их появления. Твари оказались хитры и бесстрашны. И самое неприятное, они обладали чем-то вроде коллективного разума, причем умели учиться на своих ошибках. Так, очень быстро поняли опасность мечей и защиту кольчуг, стали нападать группами, падать сверху и плеваться ядом. Они все ядовиты, а подыхая, распадались на такую слизь, с довольно приятным запахом, а она в первые часы после гибели твари, была жутко токсичной.
Маг помолчал, а Миша сразу вспомнил легкий запах ладана. Да, интуиция не подвела, там была отрава.
“Насколько же сильна моя защита от яда?” — мелькнула мысль, но чародей продолжал, и Проклятый решил додумать ее позже.
— Исследовали эту напасть и пришли к выводу, что они как-то связаны с этими деревьями. То ли те служат им инкубаторами, то ли телепортами, но без них, твари не смогут размножаться и прибывать в своем количестве. Казалось бы, проблема решена, но не тут-то было. Очень быстро выяснилась одна неприятная особенность этих “чварьенов”, они поглощали любую энергию.
— Любую?
— Да. Огонь их не брал, пламя просто гасло, словно втягиваясь внутрь, то же происходило и с магией. Разрушающие заклятия не наносили им вреда, а воздействия на землю и попытки лишить их почвы, словно впитывалась корнями. Да и рубить их под бешеными атаками монстров, было тоже непросто, металл застревал в их коре. Сложно сказать, сколько бы происходили бои, но твари оказались опаснее, чем про них думали.
Где-то в двух километрах от границы боев, располагался один из форпостов. Там была база с припасами. Туда возвращались бойцы после боев, и оттуда делали свои вылазки. Монстры отходили довольно далеко от своих деревьев, пару раз появлялись под стенами форпоста, но те им были не по зубам. И вот в одну из ночей, они нанесли магический удар по стенам.
— Сильный? — Опять не выдержал Миша.
— Очень. Часть стены словно испарилась, и внутренняя территория форта была выжжена в радиусе двадцати метров, от эпицентра удара. В ту ночь они уничтожили форт и всех, кто был внутри. Сумело уйти только шесть человек. Один из них был сын высшего, сильный чародей, вот он и увел с собой исследователей, тех, кто старался понять, с чем столкнулись.
Тут уже закрывать глаза на проблему стало просто неприлично, и из ближайшего крупного города, были переброшены подразделение элитных бойцов, несколько сильных чародеев под управлением высшего, и несколько тысяч бойцов играющих роль пушечного мяса.
Забегая вперед, скажу, что в ходе многочисленных боев почти все они погибли. Тогда выяснили, что твари имеют магические способности, но используют их весьма специфически. Словно вся колония или значительная ее часть, участвует в этом. А “Тригл”, это тот трехглазый монстр, является чем-то вроде матки. Я не уверен, что у этой матки та же функция, что в мире насекомых, но использование магии явно завязано на эту тварь. Все остальные играют роль, то ли усилителей, то ли просто нужны в качестве участников, без которых все развалится.
— Ночью, в том доме, они начали светиться именно перед тем, как все произошло. – Опять не выдержал Миша.
— Погоди. Дойдем до этого. — Магрес усмехнулся, — там было еще два массовых подарка от чверков. Ментальный удар, выкосивший половину бойцов, и часть магов. А еще “Удар земли”, когда создался провал. и в этом искусственном котловане погибло около пяти сотен человек.
— А как же с ними справились?
— Выяснили, что без “чварьены” они не перемещаются, а те в свою очередь растут как и положено деревьям, на пригодной почве. В итоге сделали полосу отчуждения, засыпали смесью соли и песка со стеклом. Защита по принципу Шаарна. Твари не отходят далеко от своих домов.
— Нда…. — Миша так и не придумал что сказать и просто налил себе вина. — Интересно, а что было со мной?
— Тебе повезло. Предполагаю, что дело было так: пока ты был в своем мире, один из пауков укусил тебя и сдох. Как я говорил, они обладают разумом, видимо поэтому решили, что ты ядовит.
— Мне неясно. — Рискнул снова прервать он чародея, — меня же убивать нельзя. А как насчет, кусать? Тоже?
— Думаю, он прокусил тебе вену и коснулся крови демона. Потому и говорю — повезло. Но они в любом случае они решили тебя убить. А раз не прошел физический вариант, попытались использовать свою магию.
— Они ударили одного человека тем, чем уничтожили целый форпост? — изумился Проклятый.
— Их логика отлична от нашей, — пожал плечами чародей. — Думаю, у них там давно не было врагов. Вот и приняли решение, бить незваного гостя всем что есть. И в данном случае это спасло тебя.
— В смысле?
— Если бы они продолжали просто удушать тебя, или сломали бы шею, ты бы умер.
Проклятый вздрогнул, вспоминая щупальца, хватающие его за голову и шею.
— Но они ударили тебя магией. И так, как в этом была задействована их вся колония, то вся колония и получила ответ, в виде двойного перекрута.
— А он всегда убивает?
— Не обязательно. Но он всегда вреден для любого мага и не важно, какой он иерархии, хотя очень часто фатален.
— Значит, — резюмировал Миша, — вероятнее всего их ударило моим проклятием, после того, как они на меня что-то применили?
— Все так.
— Значит, мне очень повезло. Да! — вспомнил он, и помрачнел.
— Что?
— Уходя оттуда, я забыл “Альмагу”. Подозреваю, что она до сих пор валяется в рюкзаке среди останков тварей.
— Плохо, но не фатально. — Пожал плечами чародей. — Те места заброшены, и я уверен, что охотников за сокровищами там не будет. Через два-три твоих пробуждения, яд там полностью выветрится, и можно будет вернуться.
— Так мне же их яд не страшен.
— А ты хочешь копаться там сам, среди этих останков? – усмехнулся маг.
— Но… — растерялся Проклятый, — разве я могу взять с собой кого-то?
— К этому мы вернемся немного позже. Расскажи еще раз про то, что видел, теряя сознание.
— А может у вас есть и картинки, ну или какое-либо отображение? Того что я мог видеть?
— Думаю, что нет, — развел руками чародей. — Место, где ты побывал, явно находится за пределами Этании, или любых сопредельных миров.
— Сопредельных?
— Пожалуй, пора рассказать тебе немного о мироздании, во всяком случае, о нашем, магическом взгляде на него.
Магрес немного помолчал, и начал новый рассказ.

— Магических, как полагаю и технологических миров довольно много. Они в чем-то похожи, но также имеют и ряд отличий. Как минимум это климат и гравитация, если дело касается ваших миров, или структура магических полей, если касается наших. Не знаю точно, как обстоит дело в мирах-шарах, но у нас путешествие в другой мир не является чем-то выходящим из ряда вон.
Особенности нашего мира: множество тупиков и непроходимых мест, использование коротких путей. Все это делает путешествий в другой, сопряженный мир, чем-то вроде рутинной командировки. Для большинства обывателей это конечно не доступно, но оно им и совершенно не нужно. А дипломаты, высшие, правители и прочие привилегированные пользуются при необходимости.
— Извините, — не удержался Проклятый, — вы сказали сопряженные миры?
— Да. — Магрес снова не выказал никакого неудовольствия от того, что его перебили, — так называют соприкасающиеся миры. Или те, между которыми существует прямой переход. У Этании таких миров два: Сиварра и Торсия. У Сиварры тоже два сопряженных мира, а у Торсии целых шесть. Но до четырёх из них очень тяжело добраться. Таким образом, какой-нибудь путешественник мог бы путешествовать по нашим мирам из одного сопряженного в другой. И так добраться очень и очень далеко.
— А так можно добраться до мира-шара?
— Нет. Во всяком случае, мне о такой возможности ничего не известно. Более того, количество магических миров, по которым можно вот так путешествовать, тоже ограничено. В некоторые места можно попасть только через врата. Так когда-то пытались исследовать один из миров-шаров. Обнаружили врата и стабилизировали их.
— А врат много? Ну… — Он замялся, и так и не закончил вопрос.
— Мало. В Этании вроде вообще сейчас нет. Но в любом случае, это просто не моя юрисдикция. Это больше по ведомству странников и безопасников, как говорится совсем другие ведомства.
— Но я уверен что, так или иначе информация просачивается? Хотя бы на вашем уровне.
— Тебя интересуют врата, или то, что ты видел?
— То, что видел. А особенно то, как там замешана эта земная ведьма.
— Некоторые вещи мне известны лишь на уровне легенд. В одной из них говориться, что существует звездная дорога. Она связывает все, и по ней можно попасть в любой уголок, пересечь любые границы. Пролегает эта тропа в бесконечности, а попавший на нее, рискует затеряться навсегда. И никогда, и никуда не прийти.
Мише сразу вспомнился мост, ведущий в никуда. Обрывки бесконечности под ним. Карта, или то, что он воспринял как карту. Да, по-видимому, чародей прав. Потеряться там ничего не стоит.
— Но, — нарушил он молчание, — какую роль там может играть Ксана?
— Ксана? — Усмехнулся маг, — уже не играет никакой роли. Вообще. Она сошла с арены.
— Да, но она помешала мне!
— Думаю, тебе помешало невыполненное обещание. Какую форму оно приняло, уже вторично.
— Это выше моего понимания, — развел руками Проклятый. — Почему оно не помешало мне пройти в Солимбэ? Выйти наизнанку?
— Не знаю. У меня есть только две версии. Первая — это важно для тех, кто управляет там. Мол, если пришел в чужую песочницу, будь любезен соответствовать. И куда-то тебе ход закрыт.
— А вторая?
— Ты сам мешаешь себе. Чересчур совестлив или морален. Кто знает, будь ты беспринципной сволочью, может тогда, обещание было бы и не властно над тобой.
— Круто. — Миша погрустнел.
— Жалеешь, что не можешь уйти в неизведанные дали?
— Нет. Задумался над тем, где это еще может выстрелить. Вы не знаете, как я могу выполнить обещание и отпустить ее? Там я не смог добраться до цилиндра.
— Не знаю. Но думаю, тебе нужна рукоять.
— Зачем? Я даже не представляю, где она оказалась.
— Вы с ней связаны, так или иначе. Думаю, ты смог бы определить ее местонахождение.
— А потом? Даже если найду ее?
— Возможно, сам поймешь. “Норспеерамонус” — одна из самых необъяснимых загадок. Я точно не подскажу — развел он руками.
Миша молчал. Налил вина, но не стал выпивать сразу, а попробовал на вкус, покатал напиток на языке. Терпковато, но вкусно.
— Итак, я рад, что ты вернулся живым и невредимым. Скажи, ты способен снова идти наизнанку? Искать входы и выходы?
— Почему нет?
Ему показалось, что собственный голос звучит издалека, в голове поселилась одна мысль — он ошибся тогда, и Ксана все-таки достала его из могилы. Это было обидно.
— Это хорошо. Проклятый, — голос мага слегка изменился, и Миша волевым усилием заставил себя сконцентрироваться на словах Магреса, — остался последний этап твоего, нет, не обучения, а скорее исследования.
— Какой?
— Ты должен научиться водить наизнанку других, и приводить их обратно. Целыми, живыми и здоровыми. Думаю, это будет гораздо легче чем то, что ты сумел сделать уже.
— Хорошо. Я сам должен понять, как их водить?
— Теорию расскажу, но она проста. В момент перехода нужен контакт. Вести за руку, нести на плечах, примерно так, как ты ведешь Иру из Солимбэ.
— А мне надо держать кого-то за руку и там, на изнанке? Все время? Или…
— Погоди, — чародей с улыбкой встал, — больше ничего не знаю. В остальном поэкспериментируешь сам.
— А с кем?
— Добровольцы готовы. И если ты действительно чувствуешь силы, то приводи ко мне завтра Иру, а сам начинай пробовать.
— А можно, завтра я приведу Иру и Валика. Хоть немного побуду с ним?
— Конечно можно.

Валентина раздраженно щелкала зажигалкой. Раз, второй, третий. Огонек все не желал появляться и зажигать сигарету.
— Китайское гавно! — Шипела она сквозь зубы, продолжая крутить колесико. Любое терпение рано или поздно бывает вознаграждено, так и на этот раз. Наконец-то тонкий язычок пламени лизнул сигарету, раз, второй и Валя с наслаждением затянулась.
Причиной ее плохого настроения, конечно, была не плохая зажигалка. Она, как ни старалась, так и не смогла придумать, как достать эту суку. После прошлого раза, идти на прямой конфликт Валентина не решалась. Участковый дал понять, что хода делу не даст, остальные родители не так уж тряслись над своими чадами, чтобы подавать коллективную жалобу. А может просто боялись.
Да и муж открыто сказал, что сейчас ему не до разборок. В кресле бы удержаться. Он вообще редко ночевал дома, и Валя подозревала, что причина тому, далеко не всегда работа. Но эту тему она старалась не поднимать.
Вот эта невозможность достать обидчицу бесила ее еще больше, чем то, что она сделала с сыном. Месть стала идеей фикс и фантазии сменяли одна другую. От подпалить дом или плеснуть кислотой в лицо, до сходить к какой-нибудь ведьме и сглазить нахальную приезжую.
Сейчас она шла домой из магазина и, уже сворачивая на свою улицу, увидела прохожего. В голове Вали моментально созрела мысль о том, как можно решить проблему мести.
— Аркадий, можно вас на минутку?
Мужчина резко обернулся, и она замерла от неожиданности. Лицо Аркадия было перекошено, а левый глаз был неподвижен. “Инсульт он, что ли перенес?” — промелькнула мысль, но развить ее она не успела.
— Чего тебе? — Грубо спросил он.
— Разговор есть.
— Какой?
— Ну не на улице же, — улыбнулась она, — зайдешь в дом? На чай?
Бандит некоторое время смотрел на нее оценивающе, словно решал, стоит ли связываться с бабой? Потом все-таки нехотя кивнул.
— Чай, или что покрепче? — продолжила она разговор, когда за ними закрылась дверь на кухню.
— Пока чай. Что за дело?
— Надо наказать одну шалаву.
— Что, муженька уводит? — Усмехнулся он, и его ухмылка вышла жутковатой.
— Нет. Но ведет себя очень нагло. Надо поучить.
— Валя, ты же знаешь. Я не работаю там, где живу.
— Ну, она приезжая. Мало ли что с ней случиться может?
— Приезжая, — напрягся бандит, — та, что дом Семеночны купила?
— Она самая. А вы что, знакомы?
— И как сильно ты хочешь ее проучить? — Проигнорировал он вопрос.
— Тысяч на тридцать, — спокойно ответила Валя. И мне все равно, что с ней случиться, инвалидность там, групповуха, или…. Все под богом ходим.
Аркадий некоторое время молча пил заваренный до дегтярной черноты чай. По его лицу нельзя было что-либо определить.
— Мне надо уехать. — Наконец нарушил он молчание. — Вернусь, тогда и поговорим.
— А когда вернешься то?
— Не твое дело!
— Конечно, — не обиделась хозяйка, — но хотелось бы разобраться с ней еще в этом году.
— Разберемся, — негромко ответил бандит. Услышав его тон, Валя успокоилась. Он явно согласен. — Разберемся в этом году, — повторил Аркадий, — мне к тебе в гости зайти? Как вернусь?
— Позвони накануне, при муже не хочу — она протянула ему написанный номер.
Когда за бандитом закрылась дверь, Валентина облегченно вздохнула. Во-первых из-за того что тот ушел, все-таки сложно говорить с такими людьми, а во-вторых, она увидела, что у Аркадия похоже были свои счеты с этой стервой.
— Ну, держись сучка, — удовлетворенно прошептала она. — Скоро с твоего лица навсегда сотрут довольное выражение.

4 комментария к “Глава 16. Ответы не на все вопросы

Оставьте комментарий

↓
Перейти к верхней панели